Главная   Редакция    Помочь газете   Духовенство   Библиотечка   Контакты				Газета основана в апреле 1993 года по благословению  Высокопреосвященнейшего Митрополита  Иоанна (Снычёва)
НАШИ ИЗДАНИЯ	«Православный Санкт-Петербург»       «Горница»       «Чадушки»       «Правило веры»       «Соборная весть»

К оглавлению номера

История государства Российского

О ШВЕДСКОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ МИФЕ

В гостях у подкаста Выборгской епархии Лидия Павловна ГРОТ — кандидат исторических наук, антинорманист, автор такого определения, как «шведский политический миф». Лидия Павловна без малого 20 лет занимается очень важными для отечественной истории темами: поиском и работой с источниками, касающимися древней истории нашей страны. Ведущий — иерей Михаил КОТОВ, руководитель миссионерского отдела Выборгской епархии.

О.Михаил: — Уважаемая Лидия Павловна, нашу встречу я хотел бы начать с мифа, который материализовался в самом центре нашего богоспасаемого города Выборга. Я говорю о памятнике шведскому маршалу Торгильсу Кнутссону. Мы, конечно, радуемся, что наш город посещает огромное количество туристов, паломников. Но никакой критики не выдерживает позиция экскурсоводов, которые первым делом приводят гостей Выборга к этому памятнику и говорят: «Мы стоим с вами у памятника основателю города Выборга.

СОБЫТИЯ, СВЯЗАННЫЕ С ПАМЯТНИКОМ Т.КНУТССОНУ:

5 декабря 1884 года на литературном вечере было сделано объявление о сборе средств для возведения памятника. Инициатором и организатором проекта установки памятника выступил выборгский архитектор и любитель старины Якоб Аренберг (1847—1914). В своих мемуарах, опубликованных в 1916 году, он вспоминал: «В тот самый год, когда я приехал в Выборг, я получил письмо от известного нашего скульптора Вилле Вальгрена. Он искал работы. Я посоветовался кое с кем из моих выборгских приятелей, и было решено, что я закажу ему статую Торкеля Кнутссона, такую, как статуя Биргера Ярла в Стокгольме, ценою до 2200 марок. Вальгрен был в восхищении. «Только чтобы герб и костюмы были настоящие; чтобы не было никаких погрешностей против истории и геральдики — помните это».

В 1896 году скончался выборгский аптекарь Йоган Казимир фон Цвейгберг, который завещал 167 тысяч финских марок на украшение Выборга. Часть этих денег пошла на отливку памятника (скульптор Вилле Вальгрен; 1855—1940).

Разрешение на установку памятника было получено только после обращения городского совета Выборга к императору Николаю II, несмотря на то что русские военные и гражданские власти были против. Открытие памятника на площади Старой Ратуши в Выборге состоялось 21 сентября (4 октября) 1908 года и было приурочено к празднованию в Выборге Шведского дня, учреждённого Шведской народной партией.

В 1948 году в связи с напряжённой политической ситуацией власти города попросили командование батальона связистов, занимавших Выборгский замок, снять скульптуру Кнутссона с постамента. Памятник был демонтирован.

21 января 1975 года сильно повреждённый памятник перевезли в Выборгский замок, где располагался музей, и он долгое время хранился там, в подвале под главной башней Святого Олафа.

2 июля 1993 года восстановленный памятник был открыт, дата была приурочена к 700-летию Выборгского замка.

С 1995 года памятник определён как выявленный объект культурного наследия, а в 2015 году включён в список объектов культурного наследия РФ.

Лидия Павловна: — Вы знаете, ставить памятник завоевателю родных земель — это, мягко говоря, очень экстравагантная логика. Не знаю, есть ли аналогичные примеры в других странах. По крайней мере, в западноевропейских странах мне ни о чём подобном слышать не приходилось. И если уж какие-то круги в России хотят, чтобы у нас было всё так же устроено, как на Западе, тогда усвойте и эту традицию — ставить памятники героям своей, отечественной истории, героям земли Русской, а не завоевателю.

О.Михаил: — Спасибо за этот комментарий. Дело в том, что мы обладаем данными — об этом пишут как русские историки, так и историки западноевропейские, в том числе шведские и финские, — о том, что миф об участии самого Т.Кнутссона в завоевательном походе на русские Новгородские земли в 1293 году создал Лаурентиус Петри Нерициус.

О ЕПИСКОПЕ Л.ПЕТРИ:

Лаурентиус (Лаврентий) Петри Нерициус — шведский реформатор и первый евангелическо-лютеранский архиепископ в Швеции, которая к тому времени отошла от католичества. Л.Петри женился на двоюродной сестре короля Швеции Елизавете Дитриксдоттер и стал первым в Швеции женатым архиепископом с тех пор, как был утверждён обет безбрачия (в правление папы Григория VII).

Отец Михаил: — Л.Петри буквально из воздуха взял эту теорию, потому что полноты власти у Т.Кнутссона тогда ещё не было и он не мог ни организовать этот поход, ни участвовать в нём. Да, Кнутссон бывал на наших землях, вот и в ваших статьях я встречал этот факт. Вы пишете, что Кнутссон в 1300 году основал крепость на Охтинском мысе при впадении реки Охты в Неву (ныне Красногвардейская площадь Санкт-Петербурга). Шведы громко назвали эту крепость Ландскрона, т.е. Венец земли. Правда, этот «венец земли» простоял всего лишь год: в 1301 году новгородцы сровняли его с землёй.

Лидия Павловна: — Да. Кстати, археологи тщательно исследуют землю и песок в тех местах, но не могут найти никаких следов величественного памятника «Венец земли». У меня есть предположение, что он существовал не столько въяве, сколько в каких-то чертежах, которые сохранились и позднее вошли в исторические анналы как доказательство того, что, мол, было такое великое сооружение, которое исчезло практически бесследно.

Князь Рюрик на памятнике «Тысячелетие России»

Отец Михаил: — Я провёл небольшую исследовательскую работу, пытаясь узнать, а есть ли в Швеции памятники такому великому маршалу и завоевателю — Т.Кнутссону? Их нет! Ни в Уппсале, ни в Стокгольме, ни в Гётеборге, ни в других городах Швеции нет ни одного памятника. Сами шведы относятся к своему герою, мягко говоря, странно. Так каким же образом он появился в нашей истории? Например, доктор исторических наук Игорь Павлович Шаскольский (специалист по истории российско-скандинавских отношений в IX–XVIII веках, истории народов Восточной Прибалтики, Финляндии и Карелии, их взаимоотношений с Русью, в частности, с Новгородом) утверждает, что Л.Петри просто приписал Кнутссону личное руководство тем походом. И.П.Шаскольский пишет: поскольку нет никаких оснований предполагать, что Лаврентий Петри пользовался какой-то дополнительной информацией по данному вопросу, то существует вероятность, что в исторической литературе XVI века есть традиция, согласно которой Кнутссон стоял во главе крестового похода шведских рыцарей и являлся основателем Выборгского замка. Но это не подтверждается сколько-нибудь достоверными свидетельствами источников.

Кто-то возразит, что это мнение Шаскольского, а нам нужны более веские доказательства. Пожалуйста, вот «Хроника Эрика», на которую некоторые историки любят ссылаться.

ХРОНИКА ЭРИКА:

«Хроника Эрика» (швед. Erikskrönikan) — рифмованная хроника, один из древнейших шведских литературных памятников. Описывает события второй половины XIII — первой четверти XIV столетия, связанные прежде всего с борьбой за престол Швеции.

Название хроника получила лишь в XVI веке по имени отца Магнуса Эрикссона, герцога Эрика, который является её главным героем. В XV веке хроника называлась «Старой рифмованной хроникой».

Авторство «Хроники Эрика» не установлено — хроника анонимная. Предполагается, что она была составлена в 1320-е годы.

Лидия Павловна: — Я упоминала в своих работах о «Хронике Эрика». Это художественное произведение, красивый рыцарский эпос.

Отец Михаил: — Причём там ничего не говорится о Кнутссоне, там просто упоминается о приходе на наши земли шведов. Но в одном из переводов «Хроники Эрика» я встретил замечательные слова: «Замок построен, где чужие леса простирались. Так что они, русские, имеют теперь меньше подвластной земли, чем они имели прежде». Это уже уникальное шведское доказательство.

Лидия Павловна: — Правда, она так или иначе всегда пробивается.

О.Михаил: — Финский профессор и историк, директор Института географических и исторических исследований Университета Восточной Финляндии (г.Йоэнсуу) Юкка Яри Корпела пишет о том, что шведский маршал Торгильс Кнутссон не мог быть на наших землях в 1293 году. У Торгильса есть даже «историческое алиби»: третий шведский крестовый поход на Новгородские земли 1293 года начался предположительно 17–18 мая, но 24 мая Кнутссон находится в Швеции и ставит под сомнение свою удостоверяющую печать. И поскольку в 1290–1319 годах королём Швеции был Биргер Магнуссон, а Кнутссон был регентом при малолетнем короле, то никакими операциями на востоке руководить он не мог.

Тем не менее в период русской смуты 1905—1907 годов, когда в России начинают закипать революционные идеи, крупный губернский архитектор ярый русофоб Якоб Аренберг (он построил много зданий в Выборге, в одном из них находится почта, в другом — мэрия) пишет: «…я делал всё, что от меня зависело, для ограждения и поддержания шведских исторических памятников, находящихся в области моей деятельности. Ведь это он — Торгильс Кнутссон — запер ворота Карелии и на вечные времена провёл грань между двумя миросозерцаниями — восточным самодержавием и западным свободомыслием». Кстати, Аренберг принимал активное участие в организации строительства памятника Торгильсу Кнутссону.

Лидия Павловна: — Для меня стал открытием тот факт, что у шведов в Финляндии русофобское чувство прошло через всю историю Великого княжества Финляндского. И на рубеже XIX—XX веков, когда в нашем государстве наступили времена революционных волнений и смуты, это чувство вдруг проснулось и воспарило. Русофобы решили, что настало время возвращения себе «исторического величия»…

Впрочем, чувство своей значимости и превосходства никогда и не покидало сознание шведов в Финляндии. А взращивать чувство собственного величия начали ещё в XVI веке благодаря епископу Лаврентию Петри.

А «шведский политический миф» заключается в том, что Швеции стали приписывать великую историческую древность: мол, шведские короли ещё в некие заповедные времена владели всей Восточной Европой — от Балтики до Чёрного моря, осваивали русские судоходные реки, стали купелью для всей германской культуры.

Шведский историк Йоган Тунманн писал, что все эти мифы настолько будоражили сознание шведского общества, что шведы стали чувствовать себя аристократией Европы. Мол, сейчас мы маленькие и бедные… зато какими великими мы были в древности! От нас произошла вся германская культура. И в Восточную Европу мы пришли раньше всех, а русские явились позднее, на всё готовое. Вот эта точка зрения и является «шведским политическим мифом», который начался с прославления великого прошлого народа готов. Многим деятелям прошлого стали приписывать великие деяния; так произошло, видимо, и с Торгильсом Кнутссоном.

Отец Михаил: — Если обратиться к истории создания памятника Кнутс­сону, то у нас в Выборге произошла целая детективная история… Дело в том, что один из героев Русско-турецкой войны 1877—1878 годов, защитник Шипки (бой за Шипкинский перевал в Болгарии) генерал-лейтенант Михаил Лаврентьевич Духонин сказал, что пока он здесь, никакого памятника шведскому завоевателю на Русской земле не будет. Поэтому архитектор Аренберг называет в своих дневниках Духонина своим личным недругом.

А генерал-губернатор Великого княжества Финляндского граф Фёдор Логгинович Гейден заявил, что это просто влияние шведской партии и оно не соответствует политике, проводимой Российской империей. Но выборжане написали в городской совет письмо (на имя императора Николая II) и солгали, что, мол, Кнутс­сон является не просто основателем города, но символом поддержки монархии. Не зря ведь император потом напишет в своём дневнике: «Кругом измена, трусость и обман».

Кстати, Кнутссону в 1306 году в Швеции отрубили голову за то, что он, будучи регентом, как раз не хотел отдавать власть законному наследнику, а значит, не поддерживал монархию.

Мне, конечно, некоторые краеведы говорят: «Но ваш царь Николай подписал ведь документ о строительстве памятника». Да, подписал… но его ведь обманули. Памятник был установлен в 1908 году. А после того как сюда вошли советские войска, было решительно заявлено, что никакие рыцари, напоминающие о войне, нам здесь не нужны. Памятник тогда снесли… Но в 1993 году восстановили.

Смотрите, как интересно получается. Установили памятник завоевателю, когда в России разгоралась предреволюционная смута (1905—1907), а восстановили в 1993-м, когда произошёл развал Советского Союза… Нам подсовывают чужие мифы, чужих героев…

Я знаю, у вас недавно вышла замечательная книга «Сага о Тидреке из Берна» — исторический очерк с вашими комментариями. Книга имеет большое значение для нашей истории. И наш русский город Выбор (согласно Иоакимовской летописи) основан русским князем Гостомыслом — дедушкой Рюрика по материнской линии. Дочь Гостомысла Умила была матерью Рюрика. И сразу становится понятно, что Рюрик не какой-то заморский викинг, варяг, он наполовину славянин.

Лидия Грот: — Да, он приезжает к своему дедушке князю Гостомыслу, он легитимный наследник опустевшего трона.

Отец Михаил: — Антинорманисты очень благодарны за такой исторический аргумент.

(Продолжение следует.)