Главная   Редакция    Помочь газете   Духовенство   Библиотечка   Контакты				Газета основана в апреле 1993 года по благословению  Высокопреосвященнейшего Митрополита  Иоанна (Снычёва)
НАШИ ИЗДАНИЯ	«Православный Санкт-Петербург»       «Горница»       «Чадушки»       «Правило веры»       «Соборная весть»

К оглавлению номера

ПРОЕКТ «ПАМЯТЬ ЦЕРКВИ»

Начал работу портал Учебного комитета РПЦ «Память Церкви». Цель проекта — сохранение и передача от поколения к поколению воспоминаний очевидцев о жизни Церкви и верующих людей в Советском Союзе. Архиереи, клирики, миряне делятся историями о себе и своих близких: мысленно возвращаются в годы своего детства, заходят в свои первые храмы, прячутся от бдительных преподавателей, вновь оказываются в кабинетах уполномоченных… Сегодня мы публикуем отрывки из некоторых свидетельств.

Никуленков Алексей Алексеевич:

— Я был крещён совсем маленьким, мне месяца не было… А в храм пришёл сам, и случилось это так. На улице Тимирязева была огромная снежная горка… и мы катались на салазках. Летишь с этой горки! Как-то я вылетел, у меня санки перевернулись, я упал в снег, повернулся и увидел перед собой храм. Я оставил салазки и пошёл в храм…

В школе часто выгоняли с уроков. Когда сказали, что Павка Корчагин из романа «Как закалялась сталь» герой, потому что он всыпал в пасхальный кулич махорку, я сказал на весь класс слово «мерзавец». Учительница спросила: «Кто сказал?» Я встал и говорю: «Я сказал!» Она мне: «Пошёл вон отсюда!» Я ответил: «Я рад!» И вышел. Помню, у нас в школе висел лозунг: «Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме, коммунизм будет в 1981 году».

Не было ни Евангелия, ни молитвословов. Библию я прочитал в 1978 году в первый раз, 24 года мне было…

Разин Андрей Викторович:

— Советскую-то жизнь я полностью застал, а церковной — краешек. Мне было лет пять, когда с отцом и мамой я уехал на Север, в тайгу, на нефтегазовую стройку. В пос.Каркатеевы, где проходила стройка, были только начальные классы, поэтому в четвёртом классе я учился в школе в старом русском г.Кинешме на Волге. Я жил там у бабушки с дедушкой. Первое, что я помню о бабушке Анне, — как она долго молилась по вечерам. В ночной рубашке, беленькая такая, стоит в углу на коленях. Бывает, руки поднимет. Я призасну — она же делала всё это тихо, — а спустя время глаза открою: она всё ещё стоит. Я думаю: «Чего ж так долго она молится-то?» У бабушки иконы были… Было Евангелие и молитвослов, причём дореволюционный.

Бабушка водила меня в церковь, не часто. Помню, как она мне объясняла, как надо исповедоваться, и как я стеснялся в первый раз. Я год жил там и несколько раз причащался.

Митрополит Воронежский и Лискинский Сергий (Фомин):

— Самые ранние мои впечатления о владыке Филарете (Вахромееве), совсем детские. Помню его ещё в сане иеродиакона. На богослужениях в Троице-Сергиевой Лавре мне доводилось бывать практически каждый воскресный день. Отец Филарет служил очень сосредоточенно и молитвенно. Яркое впечатление оставляли его проповеди — они были наполнены глубоким смыслом и в то же время доступны для понимания прихожан разных возрастов. Слушая его, я открывал для себя новый мир, исполненный мудрости, духовной красоты и святости.

Позже, при поступлении моём в духовную семинарию, оказалось, что и епископ Филарет, возглавивший Московские духовные школы за год до этого, запомнил меня — мальчика, благоговейно стоявшего у амвона на лаврских службах. Когда я уже в качестве абитуриента вошёл к нему в кабинет, он очень обрадовался и сказал: «Наконец-то мы тебя дождались!»

Не всё было просто с моим поступлением в семинарию: в ту пору коммунисты и атеисты Загорского района очень гордились, что в Московские духовные школы со времени их открытия в советское время из нашего Загорского района не поступил ни один человек. Моё желание вступить на церковную стезю вызвало немалую панику. Но, к великой моей радости, владыка Филарет под свою ответственность допустил меня к сдаче вступительных экзаменов.

Протоиерей Олег Добринский:

— Дети в кого только не играют: во врачей, в космонавтов. А мне хотелось стать священником. Всё было: и обустройство детского мини-храма, и прочее. И в этом мне не препятствовали мои сродники, а наоборот, даже относились с уважением к этому.

Я помню такой случай из моего детства, когда я со своими родными бабками был в храме и причащался. Ребёнок в церкви — редкое явление тогда было, и причащали иногда даже так: ставили ребёнка перед со-
бой, полы плаща в сторону, взрослый с ребёнком подойдёт — священник причастит. Я очень любил Причастие. Одна из сестёр моей бабушки, Елена, была монахиня, и вот она меня заводила в алтарь. Очень я любил зайти в алтарь и очень любил, когда там можно было всласть поесть просфор и запить разбавленным кагором… И вот я помню, как-то раз причастили меня, возвращаемся мы из храма, а там такая гора крутая была, и я с этой горы бегу вниз и кричу. В это время шла моя мать с работы. И она мне потом рассказывала: «Представляешь, вечернее время, с работы поток людей идёт, и ты с этой горы несёшься и что есть сил кричишь: «Меня сегодня причастили! Только нельзя никому говорить!» Вот такой был восторг, такое свидетельство.

…Меня воспитывали священники, которые прошли лагеря, и я из их уст многое знал. Одного из священников я попросил: «Батюшка, расскажите о лагерях». Он мне отвечает: «Ну что хорошего в тюрьме? В тюрьме только люди хорошие, а в остальном всё плохо». Они научили меня в первую очередь любить людей.

Кольцова Анна Вячеславовна:

— Моё детство проходило в середине 1960-х — 1970-х годах, когда насаждалась партийная идеология. Церковь была запрещена, нельзя было открыто говорить, что ты веришь в Бога. Но тем не менее по линии и отца, и матери были родственники, которые служили в церкви. Мой прадед, брат моей прабабушки Натальи, Иван Санков — иеромонах, преподобномученик, расстрелян за приверженность Церкви в 1938 году в Бутово. Об этом мы узнали только в 2000-е годы. И я ежегодно 4 июля езжу в Бутово, отдаю дань памяти своему прадеду. По линии матери тоже были служащие. Служили в Троице-Сергиевой Лавре. Но об этом я узнала, только когда уже стала взрослой.

О церковных праздниках я знала, но больше они были связаны с народными приметами. Например, на Покров мама всегда говорила: «О, Покров — значит, жди первого снега». Я думаю, что люди специально завуалировали эти праздники, чтобы не забывать о них и напоминать нам о них хотя бы через приметы.

Адрес портала: pamyat-tserkvi@uchkom.info. По вопросам участия в проекте обращаться: Центр подготовки церковных специалистов Владивостокской епархии, тел. 8 (423) 240-13-36 (понедельник — четверг с 11 до 17 часов, Ирина Степановна).

Учебный комитет Русской Православной Церкви